oli_da (oli_da) wrote,
oli_da
oli_da

Category:

Как появились игральные карты и чем это грозило

Узнав историю игральных карт "Русский стиль", стало любопытно, когда и как появились первые игральные карты и азартные игры в мире и у нас.



В Западной Европе первые игральные карты появились еще в далеком 13 веке.
У нас гораздо позже – по одной распространенных версий - на рубеже 16 и 17 веков.
Единодушия в вопросе, откуда именно они попали в Россию, у историков нет.
Одна из самых приоритетных: карты пришли из Чехии.
Но есть еще и «польская», и «немецкая» версии.

Впервые письменное упоминание о игральных картах в России можно найти в 1649 году.
В «Уложении» царя Алексея Михайловича – суровом и строгом своде законов, игра в карты попала в главу «О разбойных и татиных делах».
В этом «УК» картежники приравниваются к «татям» - ворам и грабителям.
Наказания для воров в те времена были очень суровыми.
Тех, кто попался на игре в карты в первый раз, полагалось сечь кнутом, отрезать левое ухо и сажать в острог на два года.
Если игрок проявлял упорство - ни кнут, ни нож палача не могли отучить его от пагубной страсти, его заковывали в кандалы и отправляли на каторгу.
А уж если и это не удерживало от игры, «Уложением» предписывалось – «казнить смертью».
Безусловно, столь суровые меры относились лишь к простому («черному») люду.
Бояр, ясное дело, не пороли кнутом, не отрезали им уши, не заковывали в кандалы.
А в карты, вполне вероятно, играл и сам Алексей Михайлович.
Как ни крути и не истолковывай их присутствие, но карты-то есть в описи имущества в одном из принадлежащих этому монарху дворцов.

Петр Великий картами не увлекался.
А вот среди его сподвижников было немало картежников.
Абсолютно не удивляет, что «забавляться игрой в карты» любил сам Александр Меншиков – друг и соратник Петра.
Иностранцы в своих воспоминаниях подробно описали некую «русскую игру в короли», которую они называли «несравненной и умной».
Как в Европе, так и в нашей стране игра в карты была привилегией, в первую очередь, знати и купечества.
А ведь уже тогда играли не только «забавы ради» (спрашивается, на какие шиши играли бы низшие сословия?).
Игра шла и на крупные денежные суммы.
В карты проигрывали и поместья, и целые деревни с крепостными.
Посмотрев на это бесчинство, в 1717 году Петр I издал указ, строго настрого запрещающий игру в карты на деньги.
Императрица Анна Иоанновна издала в 1733 году еще более строгий указ – игрокам предстояло заплатить штраф в размере тройной суммы денег, на которые шла игра.
За повторную игру на деньги дворяне на месяц отправлялись в тюрьму, а «подлый люд» надлежало «нещадно бить батогами».

Императрица Елизавета Петровна (незадолго до своей смерти) издала в 1761 году указ, деливший карточные игры на разрешенные и запрещенные.
Запрещенные игры – это, конечно же, игры на деньги.
Любопытный нюанс: в указе была честная оговорка – на дворцы Ее Императорского Величества данный запрет ни в коем случае не распространяется.

Екатерина Великая и сама была к картам неравнодушна – играла и с фаворитами, и с придворными, и с европейскими монархами.
В годы ее царствования вышли в свет многочисленные руководства по карточным играм.

Надо отметить, что, хотя запретов на игру на деньги, изданные ее предшественниками, императрица не отменяла, это никак не мешало ее приближенным проигрывать целые состояния.

Несмотря на появление карт в нашей стране еще в 16-17 веках, карт собственного производства в России не было - они завозились из Европы.
Их было 3 типа – французские, итальянские и немецкие.
Они различались названиями мастей: у итальянских карт - это кубки, монеты, мечи и жезлы.
У нас большей частью использовались карты французские.
Масти у них нам хорошо знакомы – черви, бубны, пики, трефы.
Любопытно, что во Франции еще в 15 веке, не мудрствуя лукаво, выбрали «прототипов» для карточных королей:
Карл Великий - король червей,
царь Давид - король пик,
Юлий Цезарь – король бубен,
Александр Македонский – король трефовый.
Не сошлись в единодушном мнении насчет карточных дам:
роль дамы червей отводилась то библейской Юдифи, то Елене Троянской,
роль дамы пик то богине Афине, то даже Жанне Д'Арк,
роль дамы треф – вообще Лукреции.

Отечественные карты начали производить в 1760е годы по Указу Елизаветы Петровны, официально разрешая «степенные» игры (игры не на деньги).
Газета «Санкт-Петербургские Ведомости» в 1769 году разместила первую рекламу карт российского производства.
А перед этим – в 1766 году таможенная пошлина на иностранные карты была поднята с 87 копеек за дюжину карт до двух рублей.
А еще годом раньше ввели налог на клеймление карт – 10 копеек для карт, привезенных из Европы и 5 копеек для карт, напечатанных в России (игра в карты, не имеющие клейма, каралась крупными штрафами).
Так правительство проявило заботу об отечественном производителе.

Производство карт было налажено в Петербурге, Москве, Архангельске и других городах России. Налог на клеймление карт, кстати, шел на содержание воспитательных домов.
Этот прообраз детских домов был организованных известным просветителем И.И.Бецким.
В 1798 году, в царствование Павла I, воспитательным домам даровали монопольное право печатать и клеймить карты.
И в том же году в России появилась первая механическая бумагопрядильная фабрика.
Это предприятие было выкуплено казной и подарено воспитательному дому в Петербурге.
А уже при Александре I был издан указ, окончательно закрепляющий монополию воспитательных Домов на производство игральных карт.

А в высшем свете тем временем не утихали скандалы, связанные с игрой в карты на деньги, усадьбы, крепостных.
«Не работал» строгий указ, запрещающий игру на деньги, изданный Александром I в 1801 году.

Представьте, в 1802 году в Москве князь Александр Голицын проиграл графу Льву Разумовскому не пустяк какой-нибудь, а свою супругу - княгиню Марию Григорьевну (урожденную Вяземскую).
По счастливому стечению обстоятельств и согласию всех трех сторон, брак расторгли, княгиня вышла замуж за победителя, прожила с ним 16 лет и ни разу не пожалела о таком финале.



Любители карточных игр привыкли к так называемым «атласным картам».
Трудно поверить, что когда-то карты в нашей стране могли выглядеть иначе.

У нас производство карт всегда было связано с Императорской Карточной Фабрикой, бывшей Александровской мануфактурой.
Карты начали выпускать здесь еще в 1819 году.
Почти сорок лет фабрикой руководил А.Я.Вильсон и с самого начала пытался улучшить внешний вид игральных карт.
Постоянно разрабатывались новые рисунки, но российские самодержцы не видели причин вносить изменения в устоявшийся дизайн карт.

Все изменилось после отмены крепостного права в 1861 году.
Крепостных на фабрике сменили вольнонаемные рабочие.
Было закуплено 60 новых машин, производство возглавил опытный мастер Винкельман.
Теперь зашла речь и о новых рисунках на игральных картах.
Проблему вновь нужно было решать на самом высоком уровне.
Разработку нового дизайна доверили академикам живописи Адольфу Иосифовичу Шарлеманю и Александру Егоровичу Бейдеману.
Оба были известными художниками.
Им удалось создать настоящие шедевры карточной графики.
Эскизы Бейдемана признали слишком сложными и вычурными, а в производство запустили карты, используя более простые и лаконичные работы Шарлеманя.

Адольф Иосифович Шарлемань (1826 – 1901), создатель современных российских карт, родился в семье обрусевших французов. Его дед был скульптором-декоратором, отец – петербургским зодчим.
Адольф Шарлемань решил стать живописцем и поступил в Императорскую Академию Художеств, которую закончил по классу батальной и исторической живописи.
За картину «Суворов на Сен-Готарде» был удостоен золотой академической медали и права на шестилетнюю заграничную стажировку.
За полотно «Последний ночлег Суворова в Швейцарии», написанное во время заграничной поездки, был удостоен почетного звания академика живописи.

Вернувшись на родину, Шарлемань рисовал не только батальные полотна.
Он работал и в Государственной экспедиции по заготовлению ценных бумаг, делал иллюстрации для популярных журналов и даже работал над эскизами костюмов для балов.
Но из всех работ этого талантливого художника, по иронии судьбы, в народной памяти остались лишь те, что он выполнил по заказу императорской карточной фабрики.

Создавая свои эскизы, Шарлемань не стремился придумать что-то принципиально новое.
Он творчески обработал французскую колоду с представителями монархии "на рубашках".
Эти карты и стали эталоном для русских художников, так как короли на наших картах выглядели просто бородатыми мужиками, а дамам явно не хватало изысканности.

На рисунках же Шарлеманя царственные особы выглядят именно царственно.
Рисунки его просты и лаконичны – никаких лишних деталей.
К тому же эти рисунки были еще и технологичны – они делались под печать в четыре краски.



Само слово «атласные» появилось от названия сорта бумаги, которую сравнивали с блестящей и гладкой шелковой тканью – атласом.
Листы этой бумаги натирались тальком на специальных машинах.
Атласная бумага сильно отличалась от обычной бумаги тех лет – плохо проклеенной, шероховатой, легко размокающей.
Карты же, напечатанные на атласной бумаге, не боялись влаги и легко скользили.
Но, надо сказать, стоили они недешево – в 1855 году дюжина атласных карт стоила 5 рублей 40 копеек (годовой доход крестьянина в те годы составлял 10-20 рублей).
Примерно столько же стоили и карты ручной работы, изготовляемые для императорского двора. Впрочем, с элитных карт для богачей и аристократов «атласные» рисунки перешли и на карты первого и второго сорта, более доступные для простой публики.

В производство были запущены и дорожные карты (отличавшиеся меньшим размером) с рисунками Шарлеманя.




В Советском Союзе производство игральных карт было сосредоточено на Государственной карточной Монополии.
Сохранялось деление на карты атласные, экстра, первого и второго сортов по типу бумаги на которой их печатали.
Но уже к началу 1930х годов карты печатались только на атласной бумаге, технология ее изготовления не такой сложная и дорогостоящая.
Но стоимость карт оставалась довольно высокой – в 1935 год стоимость колоды в 52-53 карты была 6 рублей.

Впоследствии рисунки Шарлеманя были переделаны под офсетную печать.

А подлинники знаменитых рисунков Шарлеманя - его эскизы - приобрел известный коллекционер Александр Перельман, передавший их потом Музею карт в Петергофе.


По материалам "Истории государства"




Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments